Официальный сайт Ставропольской Православной Духовной Семинарии
Назад на обычную версию сайта
Официальный сайт Ставропольской Православной Духовной Семинарии

ПАРТНЁРЫ

Думы затворника

  Какое значение имеет безмолвник, затворен­ный в келье своей и пребывающий в ней неис­ходно?

   Это преступник, сознавшийся в преступлении, приговоренный к смерти. Ежечасно ожидающий, что приговор будет исполнен, по причине этого ожидания, по причине сознания своей греховно­сти он погружен в непрерывающуюся печаль. Но Господь его милосерд бесконечно, и он, основы­ваясь на бесконечном милосердии Господа свое­го, вопиет к Господу о помиловании. Вопиет он непрестанно, вопиет с плачем, вопиет из глуби­ны сердца, вопиет он одним умом. При молча­нии уст, умом, упадшим в глубину сердца, уеди­нившимся в этой пустыне, у которой расторгну­ты все сношения с миром.
   Я заключился в келье моей, говорит мыслен­но безмолвник, как в тюрьме, чтоб насильно от­влечь себя от развлечения, чтоб принудить себя к очищению моей греховности, к сознанию в ней, к исповеданию ее; может быть, в душе моей про­снется чувство покаяния и умиления. Может быть, умолю я Бога моего о помиловании меня, и избавит Он меня во время земной жизни из темницы греховной, а когда совлекусь тела и уйду в землю, избавит от заключения в темницу адс­кую, которая узников своих томит и держит в своем страшном и душном мраке вечно. Текут час за часом, день за днем, сменяются стройной чередой недели, месяцы, годы. Настоящее непре­станно делается прошедшим; и то, что стояло пред ним и виднелось в отдаленной будущности, настоящим непрестанно приближалось к отше­ствию отсюда.
   Взгляну иногда из окон моей кельи на ту скромную картину природы, которая видна из них, и ощущаю, что взоры мои — взоры гостя. Здесь все уже чуждо мне — другая страна, неве­домая мне, ожидает меня. Соглядал я ее только верою, но я уже при вратах ее. Внезапно и мгно­венно врата эти могут отвориться. 
   Отворятся они непременно, отворятся неиз­вестно когда. Земная жизнь каждого человека — путешествие. Путешествуют от колыбели к гро­бу; проходят чрез различные возрасты, чрез раз­личный образ мыслей, чрез различные ощущения, чрез различные обстоятельства. 
   Нагими входим на поприще земной жизни и ложимся в гроб, оставив все вещественное, при­обретенное во время земной жизни, лишь при­крытые необходимою одеждою, в которой нуж­дается не нагота наша, в которой нуждаются взо­ры созерцающих наше погребение. 
   Что уносим мы в вечность? 
   Очевидно — усвоенный образ мыслей, усво­енные ощущения. Вижу себя схваченным и дер­жимым разбойниками. Они связали меня креп­кими веревками, оковали тяжелыми цепями, привили ко мне неисцелимые недуги. Что стран­но: я сам помогал им совершать надо мной ужас­ное злодеяние. От болезненности я пришел в рас­слабление, потерял способность к деятельности. Ощущаю, что жизнь едва жива во мне. 
   Окован я оковами внутри меня, в душе моей. Оковы отняли у меня возможность к движению; разбойники приставили ко мне неусыпную и неумолимую стражу. Болезнь моя — многообраз­ная греховность; язвы мои — страсти; железные цепи — это греховные навыки, насильно влеку­щие к совершению ненавистных мне грехов. 
   Разбойники — духи злобы. И сам не имею сил, и они не дают мне возвратиться в Иерусалим. Не дают сосредоточиваться в сердце помыслом рас­сеянным и скитающимся по Вселенной без нуж­ды и цели, не дают мне там в Храме истинного Бога поклониться духом и истиною. Нет во мне свидетельства жизни, которая бы всецело заклю­чилась во мне самом; я подвергаюсь совершен­ному исчезновению жизненной силы в теле моем. Я умираю. Не только бренное тело мое под­чинено смерти, но и самая душа моя не имеет в себе условия жизни неразрушимой. 
   Научает меня этому Священное Предание Церкви Православной: душе, равно и ангелам, даровано бессмертие Богом, оно не их собствен­ность, не их естественная принадлежность. Тело для поддержания жизни своей нуждается в пи­тании воздухом и произведениями Земли. Душа, чтоб поддержать и сохранить в себе бессмертие свое, нуждается в таинственном действии на себя Божественной десницы. 
   Кто я? явление, но чувствую существование мое. Многие годы размышлял некто об ответе удовлетворительном на предложенный вопрос, размышлял, углубляясь в самовоззрение при све­те светильника Духа Божия. Многолетним раз­мышлением он приведен к следующему относительному определению человека. 
   Человек — отблеск существа, характер сущест­ва. Бог един сый отражается в жизни человека. Так изображает себя солнце в чистой дождевой капле. В дождевой капле мы видим солнце. Но то, что видим в ней, не солнце: солнце там, на высоте недосягаемой. Что душа моя? Что тело мое? Что ум мой? Что чувство сердца? Что чув­ство тела? Что силы души и тела? Что жизнь? Воп­росы неразрешенные. 
   В течение тысячелетий род человеческий при­ступал к обсуждению этих вопросов, усиливался разрешить их и отступил от них, убеждаясь в их неразрешимости. Что может быть знакомее на­шего тела? Имея чувства, оно подвергается дей­ствию всех этих чувств, познание о нем должно быть самым удовлетворительным как приобрета­емое и разумом, и чувством, но оно точно таково в отношении о познании души, о ее свойствах и си­лах, о предметах, не подверженных чувствам тела. 

Добавление к статье «Сад во время зимы».

   Еще, еще несколько слов о воскресении мерт­вых! Скажу поведанное мне нелживыми устами некоторого подвижника, скажу для друзей моих, трудящихся в винограде сердечном. Есть книга, отверзающаяся для человека в его сердце; там, там суждено ему Богом слышать высочайшее учение, как и Господь сказал в Евангелии: «Веруяй в Мя... от чрева его» (т.е. чрева души — сердца) «истекутисточники воды живыя; сие же глагола­ше, — объясняется св. Иоанном Богословом, — глаголаше о Духе, Егоже хотяху приимати ве­рующие в Него»(Ин. 7:38—39). Итак, Дух есть книга того сердца, в которое Он вселится.
   Подвижник сей занимался долгое время Иисусовой молитвой в тайне душевной клети и ощущал различные в себе действия. Однажды, стоя в храме и углубляясь в молитву, он ощутил особенное обильное ее действие: все тело и кровь его возрадовались о Боге Живе и погрузились в неизреченное наслаждение. Тогда получил он опытное знание о воскресении мертвых и буду­щем блаженстве тела человеческого, о котором прежде знал и которому веровал, просвещенный учением Церкви. Если тело наше в сей жизни может не только избавиться от действия страс­тей, но и сделаться причастником духовных наслаждений благодати, то, имея в себе семя жизни вечной, не может не ожить и не взойти с душой в Небесное Царствие! 

1   РГБ, ОР, ф. 213, к. 106, № 15. (написано незадолго до смерти) Произведения святителя Игнатия, не вошедшие в прежние издания собрания его сочинений. Печатается по: Святитель Игнатий (Брянчанинов). Странствие ко вратам вечности. Переписка с оптинскими старцами и П.П. Яковлевым, делопроизводителем свт. Игнатия. Издательство им. свт. Игнатия Ставропольского. М. 2001.